18 мая отмечается Международный день музеев — праздник институций, которые пережили войны, революции и теперь бросают вызов бесконечной ленте TikTok. В эпоху, когда любое полотно открывается по прикосновению, а нейросети генерируют искусство за секунды, музеи вынуждены заново отвечать на главный вопрос: они всё ещё храмы подлинности — или уже парки впечатлений с историческим декором? Как им удаётся удержать внимание человека, чья способность к концентрации измеряется клипом, и почему живое соприкосновение с артефактом остаётся незаменимым для нашего внутреннего компаса?

«Точки подлинности» в цифровом мире

Цифровая эпоха не ослабила музеи — она сделала их сильнее, уверен Евгений Лисиченко, креативный продюсер ООО «ИИ Капитал». Технологии дали музеям инструменты, но не изменили их природу, наоборот — в мире цифрового шума музей стал точкой подлинности. С развитием ИИ музеи стали противоположностью цифровому шуму, точкой истинности, подлинности (это похоже на театр — где единственная сфера, где искусство не приняло доступ через дисплей).

«Музеи могут с помощью новых технологий погружать даже не вполне готовых к этому посетителей в контекст истории, вовлекать, удерживать внимание — и тем самым — развивать культуру в каждом и индивидуально. Ключевой момент — технологии в музеи не должны становиться самоцелью, иначе музей проигрывает нейросети», — считает Евгений.

Современному человеку, полагает креативный продюсер ИИ «Капитал», не нужен еще один источник информации, ее хватает. В нынешних реалиях каждому из нас важна именно человечность, ощущение себя человеком, а человек это не «двуногое без перьев»: у него есть память, эмоции, чувства, связь времен, культур, искусств, а музей поддерживает именно эту связь времен, дает то, что не могут дать технологии — подлинный, собранный и прожитый и проживаемый опыт.

От волонтерства до студенческой науки

С этим согласны и представители молодежи: Алина Миргазева, руководитель волонтерского центра Международного юридического института (МЮИ), видит в музеях возможность преодолеть поверхностный взгляд, навязанный эпохой скроллинга. «Для меня музеи всегда являются прекрасной возможностью встретиться лицом к лицу с тем историческим периодом или сферой деятельности человека, с которыми в интернете можно познакомиться только поверхностно», — отмечает она. Современному зрителю, привыкшему «залипать» в смартфоне, музей возвращает ощущение разнообразия и глубины живого мира.

Адаптация к «клиповому» мышлению, по мнению Алины Айратовны, идет через интуитивно понятные цифровые мостики. Внедрение технологий дополненной реальности, аудиогидов или информационных примечаний через QR-коды становятся тем самым легальным для гаджетов входом в историю, который способно использовать подавляющее число посетителей.

«Они придумывают крутые VR-программы, чтобы хождение по музеям стало интереснее. Иногда увидеть в интернете что-то связанное с нашей историей не так интересно, как прийти, услышать и, так сказать, прожить маленькую жизнь каждого экспоната», — поясняет Алина.

Илья Петров, заместитель председателя студенческого совета МЮИ, замечает, что цифровая адаптация пошла еще дальше, стирая границы пространства буквально: «В музеях появляется возможность не просто смотреть на экспозицию, а с помощью технологий изучать ее в 3D, что позволяет глубже прочувствовать события. А во многие музеи можно прийти, не выходя из дома: зашел на сайт и выбрал виртуальную прогулку по значимым вехам истории». Однако, добавляет он, именно «живое» посещение незаменимо — оно позволяет изучать историю не по книгам или монитору, а воочию видеть материальные свидетельства того, как вершилось прошлое.

«Самое сильное впечатление на меня самого произвели письма Арины Родионовны в музее Михайловское... письма показывают не «няню Пушкина», а самостоятельную, сильную, думающую женщину — и это полностью меняет восприятие эпохи, няни, да и самого Пушкина», — продолжает мысли ребят Евгений Лисиченко.

Грани восприятия – от Музея Победы до полей Бородина

Говоря о силе эмоционального воздействия, опрошенные нами эксперты и студенты признаются, что самые яркие впечатления у них связаны с моментом личного погружения.

«На меня музей всегда производит сильное впечатление, потому что я выбираю ту тематику, которая мне по-настоящему интересна, а значит, изучать её не надоест никогда», — говорит Алина Миргазева, но особенно выделяет Музей Победы.

«Там много всего интересного и до мурашек по коже», — признается она: музейная драматургия, построенная на контрасте трагедии и величия подвига, превращает осмотр экспозиции в глубоко личное переживание.

Для Ильи Петрова точкой предельного эмоционального накала стал музей Бородинской битвы «из-за своих масштабов и возможностей для изучения конкретных событий, связанных с 1812 годом». Именно в таких пространствах, по его мнению, «история по книгам» обретает плоть и объем.

Если музей занимается только сохранением артефактов, он превращается в архив, но если только привлечением посетителей — в развлекательный центр. Современный музей — это система балансов, полагает Евгений. Сохранение дает культурной институции смысл и глубину, привлечение артефактов — жизнь и движение, технологии — возможности и погружение, экспонаты обеспечивают подлинность памяти и связь времен. По словам Евгения Лисиченко, важен порядок: сначала смысл — потом аудитория. Хотя иногда бывает разумно наоборот.

«Касательно технологий — главный сдвиг состоит в том, что музей больше не просто показывает экспонаты, он проектирует среду мышления вокруг них. Важно, когда музей является точкой объединения прошлого в будущем, образования, ИИ и аналитики. Музей всё больше становится частью образовательной инфраструктуры, а не отдельным культурным институтом, синтезом образовательной среды и когнитивной архитектуры», — резюмирует креативный продюсер ИИ «Капитал».

Специалист центра дополнительного образования Российского нового университета (РосНОУ) Мария Герасимова полагает, что сейчас большинство музеев трансформируются из традиционных хранилищ в мультимедийные пространства: внедряются VR, AR, сенсорные экраны, голограммы, ИИ, новые технологии становятся инструментом для углубления связи между прошлым и настоящим. Но при всём этом всё равно остаётся баланс — и технологии лишь дополняют, а не заменяют физические экспонаты.

«Музей расширяет кругозор и даёт знания о культуре, истории и искусстве, также вдохновляет и стимулирует на творческую деятельность. Особенно хорошо тем людям, у которых творческая профессия, ну и даёт возможность отдохнуть, снизить стресс и получить новые впечатления», — сообщает Маша.

Самой девушке из современных культурных центров нравится МАММ и музей-заповедник Царицыно, он как раз расположен в 10-ти минутах езды от ее дома, и там очень красиво — как снаружи, так и внутри.

Бриллианты истории и их хранители

В вопросе о том, сохранение или привлечение посетителей является главной миссией современного музея, голоса из разных сфер звучат удивительно согласно. Алина Миргазева, руководитель волонтерского центра МЮИ, выбирает приоритет сохранения, но видит эту связь неразрывно.

«Я больше склоняюсь к сохранению артефактов, ведь они являются «бриллиантами» истории, которые мы смогли обнаружить и сберечь. А посетители будут всегда — сколько будет гореть интерес людей к познанию мира, в котором они живут. Их привлечение — это хороший шаг любого музея как в просвещении общества, так и в привлечении прибыли для сохранения экспонатов и обнаружения новых», — рассуждает Алина.

Эту позицию разделяет и Илья Петров, находя в ней диалектическое решение мнимого противоречия: «Сохранение артефактов — вот что в итоге позволит привлечь посетителей», — формулирует заместитель председателя студенческого совета МЮИ, подразумевая, что без бережного сохранения первичной материи нечего будет предъявить даже самому искушенному зрителю.

Мария Герасимова считает сохранение артефактов и привлечение посетителей равноценными аспектами. Сегодня музеи не могут существовать без цифровых технологий, полагает и Константин Андреев, музейный педагог, куратор музейных образовательных программ. Конечно, в обществе силен стереотип о том, что эти культурные институции — это пыльные собрания экспонатов и бабушки-смотрители. Но сегодня музеи могут похвастаться своей качественной цифровой средой и нередко становятся лидерами цифровизации и применения современных технологий.

«Это не только применение технических средств в экспозиции, но использование высокоточного оборудования при исследовании предметов экспонатов, внедренные практики дополненной и виртуальной реальности, активное применение цифровых средств в управлении процессами, — рассказывает Константин. — Во многих музеях работают талантливые айтишники, программисты, которые предлагают современные инструменты в решении как рутинных, так и творческих задач».

Еще несколько лет назад нельзя было даже предположить, что сегодня любой человек может зайти на сайт Госкаталог.рф и узнать о том, какие экспонаты и документы хранятся в том или ином музее. Такие сервисы упрощают доступ к культурному наследию и делают возможным знакомиться с ним как специалистам, так и широкой общественности.

Посещение музея, по словам Андреева — уникальная возможность получить особый эмоциональный опыт переживания и включение в исследование, знакомства с предметным миром науки и культуры, рефлексии и размышления о себе в контексте культуры, шанс лицезреть подлинники и подлинность.

«Мне всегда нравится наблюдать, как в пространстве современного музея современный ребенок встречается с каким-нибудь привлекающим внимание экспонатом. Я очень люблю смотреть на то, как современные дети и подростки вдруг начинают смотреть, разглядывать, анализировать, задавать вопросы. Подлинный артефакт имеет колоссальную силу притяжения внимания. Часто предметы выступают в роли наставника и воспитателя, проводника и мотиватора», — говорит музейный педагог.

Живой артефакт побеждает экран смартфона

Первый музей, который произвел сильное впечатление на Константина — это Художественная галерея в селе Воскресенское, филиал Башкирского государственного художественного музея имени М. В. Нестерова. Он поразил педагога тем, что был создан художниками в 1970-е годы. Эти выдающиеся живописцы, будучи детьми, были в этом селе в эвакуации в годы войны. Они учились в Московской средней художественной школе, когда началась война и их вместе с педагогами эвакуировали в село Воскресенское. Многие из них стали Народными художниками и академиками живописи. И в 1970-х передали в дар селу свои работы, как благодарность за приют в годы войны.

«В этом году организую экспедицию в рамках проекта «Открываем Россию заново». Мы со студентами разных вузов хотим изучить этот период истории села, узнать, чем можем быть полезны галерее, восстановить судьбу юноши из числа тех учеников МСХШ, который умер от тифа в 1942 году, к сожалению, память о нем постепенно стерлась, — поделился Андреев. — Но у нас есть реальная возможность на основе музейных экспонатов и документов реконструировать память и наследие, интерпретировать современными в том числе и цифровыми средствами даже самые сложные страницы истории».

Другой храм культуры, впечатливший Константина — это Большой Египетский музей в Гизе. В конце прошлого года мировое музейное сообщество поразила новость об открытии самого большого в мире музея. Андреев решил отправиться в Каир и увидеть новую экспозицию и уникальные памятнику культуры.

«Музей меня поразил. Но как это часто бывает, не своим размахам или применяемыми технологиями, архитектурой. Меня поразили уникальные экспонаты, — подчеркнул Константин. — Те предметы, которые ты в 5-м классе видел на страницах учебника Истории Древнего Мира вдруг предстают перед тобой в таком колоссальном объеме, что дух захватывает. Увидеть все артефакты, найденные в гробнице Тутанхамона, которые представлены в качественных витринах, при хорошем свете — это уникальная возможность прикоснуться к древней культуре».

Музей, по мнению педагога, является культурной институцией, которая выполняет ключевые функции: сохранение, изучение и популяризация наследия. Важно, чтобы «артефакты» сохранялись и важно, чтобы эти самые артефакты видели люди, знакомились с наследием, задавали вопросы, общались, вступали в диалог со смыслами.

«Многие музейщики осознают, что в погоне за массовостью можно навредить наследию. Есть такое понятие как «предельная нагрузка». Например, артефакт, если будет постоянно находится на свету, может выгореть, поэтому важно, чтобы он «отдыхал» от света и в это время не демонстрировался. Но иногда в угоду прибыли и желания обеспечить массовость эти правила могут быть нарушены. И это чревато потерей уникальных объектов», — сетует Андреев.

Константин приводит простую метафору: если каждый посетитель подойдет и потрет бронзовую скульптуру, от нее в скором времени ничего не останется. С музейными предметами точно также — чем интенсивней их используют при нагрузке света, вибрации, влажности и других факторов — тем выше риск их потерять и испортить.

«18 мая — день, когда можно задуматься о роли музеев, о необходимости сохранять наследие, о том, что каждый из нас в силе вносить свой вклад в развитии музейной культуры. Или, по крайней мере, следуя клятве Гиппократа, хоть мы и не врачи, не навредить ей», — заключает Константин.

Между архивом и аттракционом

У Казанского инновационного университета имени В. Г. Тимирясова существует собственный Музей истории. Он был открыт в 2011 году в учебном корпусе КИУ по адресу г. Казань, ул. Зайцева д.15. В музее представлено более 600 экспонатов, демонстрирующих историю и достижения университета.

«Цифра не враг музею, а его самый мощный союзник, позволяющий стереть границы пространства. Сегодня некоторые музеи не хранят историю под стеклом, а «оживляют» её: мультимедийные гиды, дополненная реальность и «живые» интерфейсы превращают посетителя из пассивного наблюдателя в соавтора. В нашем Музее истории Казанского инновационного университета имени В.Г. Тимирясова адаптация происходит через искренний диалог с поколением, для которого клиповое мышление — это норма; мы упаковываем глубокий смысл в короткие, но яркие форматы живого общения», — рассказывает руководитель культурной институции Лия Бикмухаметова.

Главный секрет, по мнению Лии Радиковны — не конкурировать с онлайн-платформами, а давать то, что нельзя скачать: атмосферу и живую энергию научного поиска. Когда абитуриенты и их родители, студенты, посетители видят эволюцию образовательных технологий от создания самого Университета, тогда еще Института экономики, управления и права, до статуса единственного вуза Татарстана, вошедшего в перечень лучших вузов, они понимают, что и это не предел, история университета перестаёт быть прошлым и становится инструкцией к будущему.

«В мире информационного шума и различных фейков музей остается территорией подлинности и проверенных смыслов. Современному человеку нужно осязаемое подтверждение реальности, возможность замедлить бег и подключиться к «медленному» аналоговому мышлению, глядя на настоящие артефакты. Наш музей КИУ имени Тимирясова — это живое наглядное повествование о том, как энергия реформаторов создавала ландшафт негосударственного образования и деловую культуру республики», — считает Лия Радиковна.

Посещение экспозиции — это своего рода прививка от поверхностного восприятия жизни; здесь через личные вещи основателя Университета и профессоров передается невидимая эстафета интеллектуальной смелости. Культурное пространство формирует критическое мышление, ведь история инноваций показывает, что любое развитие — это череда преодолений и ошибок. Без понимания этого человеку трудно строить устойчивое будущее.

«Мне посчастливилось видеть множество грандиозных коллекций мира, но самое глубокое эмоциональное потрясение я испытываю каждый раз, переступая порог Музея истории Казанского инновационного университета имени В.Г. Тимирясова. Его магия не в позолоте и древности, а в живой энергии созидания, которую удалось заключить в витрины, ведущие отсчет истории с 90-х годов — времени дерзких надежд. Здесь потрясает «эффект присутствия»: ты проходишь путь от идеи создания одного из первых негосударственных вузов до мощного инновационного комплекса, и это мотивирует сильнее любых бизнес-тренингов», — восхищается Бикмухаметова.

В этом музее, уверена его руководитель, время не застыло, оно пульсирует, потому что экспозиция постоянно пополняется новыми достижениями и патентами. Самое сильное впечатление производит осознание того, что ты находишься не в финале, а внутри живой, еще пишущейся истории. И эту историю сотрудники создают сами: усилиями профессорско-преподавательского состава и студентов. Музей не оставляет посетителя сторонним наблюдателем, а делает соучастником живой, ещё пишущейся истории. Каждый экспонат транслирует посыл о том, что невозможное возможно, если соединить интеллект, смелость и упорство. Именно это ощущение безграничности человеческого потенциала и остаётся самым сильным впечатлением после визита.

«Что важнее для современного музея: сохранение артефактов — или привлечение посетителей? Это ложная дилемма: без святости сохранения музей превратится в аттракцион, а без посетителя — в склеп. Я убеждена, что первична все-таки функция сбережения подлинника: вещь с историей обладает аурой, которую не заменит ни одна голограмма, и наш музей КИУ свято хранит первые учредительные документы и личные архивы. Однако современный музей не может быть просто сейфом, он обязан стать умным навигатором, переводящим строгий язык артефакта на эмоциональный язык зрителя через дизайн и сторителлинг», — убеждена Лия Радиковна.

В концепции КИУ каждый сохранённый документ — это не реликвия под стеклом, а повод для вовлечения в дискуссию о будущем образования и предпринимательства. Сотрудники музея хранят артефакты не ради бюрократического учёта, а ради передачи неосязаемой ДНК лидерства следующим поколениям выпускников. Привлечение посетителей не является самоцелью, это естественное следствие умения показать ценность того, что охраняют сотрудники.

«С другой стороны, миссия сохранения памяти полностью теряет смысл, если музей не может построить мост к сердцу аудитории. Баланс между хранением и популяризацией — это искусство превращать архив в живое публичное пространство. В итоге, эффективный музей именно через сотрудничество этих двух начал становится мощным социальным институтом, формирующим мировоззрение общества», — напутствует Лия Радиковна, подводя итоги обсуждения.

Алена Юрченко